Не заставляя себя просить дважды, Мэтт быстро вскочил в машину, и Гидеон, заведя её, стал медленно отъезжать. Мэтт, зная, что отец не любит разговаривать во время маневра, как в рот воды набрал.
Поставив, наконец, машину у бортика тротуара, Гидеон спросил:
— В котором часу тебя ждет мать?
— Да, я уже опоздал, но не думаю, что она беспокоится.
— Это ты так считаешь. Лично я посоветовал бы тебе пойти и предупредить её, что ты уже вернулся, но я беру тебя с собой прокатиться.
— Вот здорово!
Через две минуты Мэттью уже мчался обратно к машине, в то время как Пенелопа, младшая из дочерей, закрывала за ним дверь.
— Отец, — усаживаясь, взорвался он. — Я знал, что ты меня поймешь. Мне осточертело в школе. Мне надоело сидеть у вас на шее — хочу сам зарабатывать на жизнь. Том ушел из школы, когда ему было пятнадцать лет и неплохо преуспел, а? Знаю, он намного старше меня, но… Ты только представь себе: он скоро женится! И должен, конечно же, зарабатывать на кусок хлеба. А я? Если не начать пораньше, как же ты хочешь, чтобы я выдвинулся в жизни?
Старший из сыновей Гидеона, Том, вот уже много лет, как покинул отчий дом.
— М-да… Ясненько. А ты уже решил, чем заняться?
— Да! — мгновенно и без колебаний среагировал парень. — Я уже все продумал.
Гидеон с трудом сдерживал удивление. Что же за неожиданное решение принял Мэтт, о котором он не хочет говорить при матери?
— И на чем же ты остановился?
— Хочу работать в полиции! Стать полицейский и начать с низшей ступеньки, как ты.
— Ну ты даешь!..
— Я знаю, что матери это не понравится. Она вечно жалуется, что никогда не знает, куда тебя направят. А когда ты выходишь в ночную смену, она вообще себе места не находит. Эх, послушал бы ты её, когда тебя вызывают ночью. Понимаешь, она боится и…
— Боится?
— Ну, конечно. Чего ты хочешь от женщин? Они ведь ничего не понимают и думают только об опасности. До них никак не дойдет, что риск мужчине просто необходим. Жизнь стала бы невыносимой, если бы не было опасности. И к тому же, тебе-то ведь удалось дожить до старости, разве не так?